Суккот, которого уже не увидеть: редкие кадры Израиля 1950-х и 1960-х годов

Четыре редких фотографии из архива Еврейского Национального Фонда, публикуемые впервые, переносят нас более чем на 60 лет назад и показывают Суккот таким, каким его помнит уже далеко не каждый израильтянин.
Фото: Алекс Стражмиейстер (фотоархив ККЛ-ЕНФ)
Фото: Алекс Стражмиейстер (фотоархив ККЛ-ЕНФ)
Хасид с лулавом в небольшой иерусалимской сукке, многолюдный праздник урожая среди деревьев рощи Таль, дети с цветами и четырьмя видами растений на торжественной церемонии, оживленный рынок накануне праздника. Четыре редких фотографии из архива Еврейского Национального Фонда, публикуемые впервые, переносят нас более чем на 60 лет назад и показывают Суккот таким, каким его помнит уже далеко не каждый израильтянин.
В те годы еще не было дизайнерских шалашей, готовых наборов украшений и привычки немедленно делиться праздничными фотографиями в социальных сетях. Зато сам Суккот становился заметным событием в жизни городов, поселений и целых общин. На улицах появлялись люди с лулавами и миртами, дети участвовали в праздничных шествиях, а семьи выбирались на природу, где древние традиции переплетались с культурой молодого Израиля.
Сохранившиеся в фотоархиве Еврейского Национального Фонда кадры рассказывают об этой эпохе лучше многих письменных свидетельств. На них нет постановочного блеска. Вместо него - лица людей, самодельные украшения, переполненные рынки, детские колонны и праздники под открытым небом.
Одна из фотографий была сделана в Иерусалиме в 1959 году. В сукке стоит хасид, завернутый в талит. В руках он держит лулав и смотрит вверх, на сках, покрывающий крышу временного жилища.
Обстановка вокруг предельно простая и домашняя. На стенах висят бумажные гирлянды, разноцветные орнаменты и картинки, сделанные или подобранные для украшения суки. Фотографу удалось поймать тихий, почти личный момент молитвы, резко отличающийся от шумных праздничных гуляний за ее пределами.
Совсем другим предстает Суккот на фотографии, сделанной четыре года спустя.
В 1963 году роща Таль превратилась в место большого праздника урожая. Сюда приехали семьи с детьми, собралась многочисленная публика, а в центре происходящего оказались танцоры в одинаковых костюмах со снопами колосьев в руках. Над собравшимися развевались израильские флаги, позади виднелись деревья рощи и галилейский пейзаж.
Этот кадр словно вобрал в себя настроение Израиля тех лет. Древний праздник урожая соседствует здесь с народными танцами, сельскохозяйственной символикой и любовью к прогулкам по стране. Молодое государство искало собственный язык празднования, соединяя многовековую еврейскую традицию с новой израильской культурой.
Еще одна страница этой истории открывается на снимке 1964 года из Иерусалима. На нем дети в праздничной одежде идут колонной во время церемонии «Знамя Иерусалима», проходившей в дни Холь а-Моэд Суккот. В руках у участников - четыре вида растений, цветы, различные символы и большое знамя.
За красивой церемонией стояла традиция, возникшая задолго до появления Государства Израиль.
Проект «Знамя Иерусалима» появился еще в 1934 году как общенациональная образовательная инициатива. Школы и детские сады со всей страны соревновались в деятельности, связанной с ценностями Керен Каемет ле-Исраэль. Дети участвовали в посадке деревьев, помогали в работе на благо страны и собирали пожертвования в знаменитую «голубую копилку».
Учебное заведение, победившее в конкурсе, получало «Знамя Иерусалима» во время торжественной церемонии на Суккот. Затем оно хранило его целый год, после чего знамя переходило к следующему победителю.
Для детей участие в такой церемонии было гораздо большим, чем праздничное шествие. В одном событии соединялись Суккот, Иерусалим, знакомство со страной и сионистское воспитание.
Последняя из четырех архивных фотографий переносит в Иерусалим 1967 года - на рынок четырех видов перед Суккотом.
В центре кадра стоит маленький мальчик. Он внимательно рассматривает этрог, держа его в руке. Вокруг возвышаются связки лулавов и мирта, лежат плоды, продавцы показывают товар, а покупатели придирчиво выбирают все необходимое к празднику.
Прошло почти 60 лет, но этот снимок удивительным образом остается понятным и современному зрителю. Сосредоточенный взгляд ребенка, заставленный товаром прилавок, люди, спешащие закончить приготовления, - праздничная суета, которую легко узнать и сегодня.
Именно в таких деталях, по словам заведующей архивами ККЛ-ЕНФ Эфрат Синай, и заключается особая ценность сохранившихся фотографий.
«Эти фотографии позволяют нам заново встретить Суккот таким, каким его праздновали в Израиле десятилетия назад и празднуют поныне: в семейной суке, на иерусалимском рынке и во время массовых гуляний на природе. Они показывают, как традиция, сионистское воспитание, сельское хозяйство и общинность сплетались воедино, формируя особый израильский характер праздника. Помимо своего исторического значения, это полные жизни человеческие мгновения, напоминающие нам о том, как сильно мы изменились и как сильно праздничные обычаи продолжают объединять поколения», - говорит Эфрат Синай.
Четыре черно-белых кадра разделяют годы и совершенно разные места, но вместе они складываются в живую хронику израильского Суккота. Иерусалимская сукка 1959 года, праздник в роще Таль в 1963-м, детское шествие 1964-го и рынок четырех видов 1967 года показывают страну и людей такими, какими они были десятилетия назад.
Изменились улицы, одежда, привычки и сам ритм жизни. Но лулав и этрог, семейная сукка, детское ожидание праздника и желание провести эти дни вместе остались связующей нитью между тем Израилем и сегодняшним.
Фото: Марта Хельвиг, Авраам Малевский, Алекс Стражмиейстер (фотоархив ККЛ-ЕНФ)